PGRpdiBjbGFzcz0iaWN0dl9hX2JveCI+PGNlbnRlcj48c2NyaXB0IGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWlkPSIxMzE4IiBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1mb3JtYXQ9ImZ1bGxzY3JlZW4iIGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLXNpdGVfaWQ9IklDVFZfRnVsbHNjcmVlbiIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tY29udGVudF9pZD0ie3JlcGxhY2VfbWV9IiBzcmM9Ii8vcGxheWVyLmFkdGVsbGlnZW50LmNvbS9vdXRzdHJlYW0tdW5pdC8yLjExL291dHN0cmVhbS11bml0Lm1pbi5qcyI+PC9zY3JpcHQ+PC9jZW50ZXI+PC9kaXY+
УКР
УКР

Антон Равицкий: цель проекта «Комик на миллион» — найти юмористическое золото

0 - 0

Антон Равицкий, знакомый многим телезрителям по программе «Утро в большом городе», поделился подробностями о новом проекте собственного производства телеканала ICTV «Комик на миллион».

Каждому — по сцене

Антон, какова главная идея проекта «Комик на миллион»?

— На мой взгляд, она замечательная — найти настоящее «юмористическое золото». То есть человека, который, кроме прекрасного чувства юмора, обладает еще внутренней мощью, смелостью выйти за пределы привычного амплуа и показать себя как гениального комика в различных проявлениях. Это не просто артист, который хорош, например, исключительно в стендапе, а человек, который может быть и классным ко­медийным актером, и импровизировать, и работать в режиме музыкальных номеров…

Из каких этапов состоит проект?

— Все началось с предотборов, когда ответственная комис­сия из ребят, разбирающихся в юморе, ездила по всей стра­не. Они знакомились с претендентами, проводили такой себе предкастинг. Потом найденные самородки, интересные люди с талантом и характером, проходили следующие этапы отбора и отсева. А дальше все стало еще серьезнее — одна восьмая, одна четвертая, полуфинал и финал. В итоге сейчас мы уже знаем, кто же он, тот самый «золотой» комик, но стойко храним тайну, пока зрители сами не узнают это осенью. Победитель получит приз на миллион — квартиру и роль в одном из юмористических проектов канала.

126A9491

Что лично вы понимаете под выражением «комик на миллион»?

— Я вообще восхищаюсь людьми с юмором.

Будь моя воля, я бы каждому участнику дал и квартиру, и сценическую площадку.

Потому что их задача — не просто где-то к месту брякнуть что-то смешное, что может случиться практически с каждым. Нет, эти ребята понимают законы юмора, они умеют создавать шутки, заходя издалека, продумывать для этого целую стратегию. И это по-настоящему восхищает! Ведь рассказать анекдот — это одно, а вот балансировать на тонкой грани смешное/серьезное, выдержать эту золотую середину — это уме­ет только истинный комик на миллион. И это очень круто!

Зрители рассудят

В каких условиях проходили съемки шоу?

— Нас спускали в старую заброшенную соляную шахту, и там мы долгие месяцы прорубали себе путь к выходу, к финалу. (Сме­ется.) Но если без шуток, то действительно было тяжело. Мы полностью ощутили на себе, как добывается эта юмористи­ческая руда. Пот, слезы, отчаяние — все это присутствовало.

Бывало ли, что в душе вы не соглашались с выводами судей?

— Иногда мне казалось — ну смешно же шутит человек! А жюри говорит, мол, нет, это юмор для идиотов. Я хотел спо­рить, но потом подумал, что лучше этого не делать, — выйдет ведь, что подтверждаю выводы жюри. (Улыбается.) Так что я с умным в меру видом просто кивал. Все-таки в этом про­цессе на первом месте находится мнение нашего удивитель­ного жюри. Они обращали много внимания на реакцию зала. Говорили участникам: если твой юмор не радует людей, зна­чит, что-то не получилось.

Ты можешь сколько угодно доказы­вать, что шутка на самом деле прекрасная, а слушатели до нее просто не доросли. Но если публика не смеется — все, клоун не состоялся.

Поэтому ориентироваться на мнение зрителей было верным способом оценивать выступления.

126A9249

Что вас больше всего восхищало в конкурсантах?

— То, что в этом нервном напряжении, в этом выжима­нии интеллектуальных ресурсов из своего организма они все равно находили силы на шутки даже тогда, когда камеры вы­ключались. Мы закончили съемки, участники выложились на 200 процентов — и при этом они переговариваются между собой и веселятся! Как в известном анекдоте, когда женщи­ны десять лет сидели в тюрьме в одной камере, а когда выш­ли — еще полчасика возле ворот поболтали.

В чем заключается основная ошибка новичков в этом жан­ре, как считаете?

— Не могу быть в этом вопросе абсолютно компетент­ным, я все-таки не мастер юмора. Но мне кажется, что, как и в любом процессе, главный промах — попытка не быть со­бой, а придумать какой-то сложный образ, абсолютно тебе не близкий, и пытаться в нем существовать. Вот эта фальшь обязательно собьет тебя с правильного пути и не позволит найти отклик у публики.

Заразился драйвом

В чем состоит основная задача ведущих шоу?

— По большому счету, мы заполняли собой паузы. (Улы­бается.) Не всегда от нас требовалось говорить что-то смеш­ное, не всегда это, в принципе, и получалось. Но пока участ­ники собираются с силами, пока выстраиваются декорации, кто-то же должен выйти на сцену, уговорить публику не те­рять настрой, не отвлекаться и, в конце концов, следить за тем, чтобы не сбежало жюри! Кстати, огромное спасибо нашим членам жюри, которые вполне могли бы сидеть в позе мэтра и просто рассказывать молодым участникам, как надо жить. Но они были настолько легки и прекрасны, общались с пу­бликой, поддерживали, разогревали, настраивали… Напоми­нали зрителям между выступлениями, мол, ребята, поймите, если мы с ними строго разговариваем, это не значит, что вы должны так же сурово на них реагировать.

126A9374

С соведущим Максом Лесничим вы быстро нашли об­щий язык?

— Это был мой первый опыт работы с этим замечательным человеком, мы познакомились на проекте. Мы очень раз­ные, но в какой-то момент смогли прийти к общему знаме­нателю. Мне кажется, иногда мы по-разному воспринимали участников, но нас объединяло то, что мы оба относились к ним с большим расположением и желали, чтобы у них все обязательно получилось. С Максом реально круто работать, его настрой и драйв очень заразителен. Уверен, что зрители ICTV почувствуют это даже через экран.

Чем пришлось пожертвовать ради участия в этом проекте?

— На самом деле ничем, я просто испытывал удовольствие от съемок. И получил возможность познакомиться с очень яркими, интересными людьми, попробовать себя в другом формате.

В чем-то на самом деле было даже легче, потому что ничего особого от меня не требовалось, по сути, рабо­тал я в более расслабленном состоянии, чем в утреннем эфи­ре, когда все внимание сконцентрировано на трех ведущих.

В чем было сложнее? В том, что съемки действительно дли­лись долго. И мой организм, привычный к тому, что в десять вечера ему уже нужно спать, очень сильно возмущался, ког­да в полвторого ночи приходилось удерживаться в вертикаль­ном положении.

126A9413

А как удавалось совмещать работу в программе «Утро в Большом Городе» и в «Комике на миллион»?

— Бывало, что после съемок удавалось отдохнуть всего не­сколько часов — и тут же ехать на утренний эфир. Возмож­но, это даже отражалось на мне внешне — я не пересматри­вал эти выпуски, чтобы не расстраиваться. Но в целом наши продюсеры — люди умные, и старались планировать ситуа­цию так, чтобы все везде успевали.

Антон, вы в жизни такой же, как на сцене и перед телека­мерой, или приходится изображать кого-то другого?

— Мне кажется, я всегда такой, какой есть. Просто иногда руль хватают мои различные сущности. Немножечко здоро­вого раздвоения(-троения, -десятирения) личности никогда ведущему не помешает.

Источник «Телескоп»

Якщо ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.

22.08.2017 11:57
0 - 0



Топ видео

    Пока нет материалов ...

Смотрите на ICTV

Зарегистрируйтесь

Войти использывая ваши данные

Забыли пароль?

Востановление пароля

Войти через соц. сеть

ВВЕРХ
Вверх

    Повідомити про помилку

    Текст, який буде надіслано нашим редакторам: