PGRpdiBjbGFzcz0iaWN0dl9hX2JveCI+PGNlbnRlcj48c2NyaXB0IGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWlkPSIxMzE4IiBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1mb3JtYXQ9ImZ1bGxzY3JlZW4iIGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLXNpdGVfaWQ9IklDVFZfRnVsbHNjcmVlbiIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tY29udGVudF9pZD0ie3JlcGxhY2VfbWV9IiBzcmM9Ii8vcGxheWVyLmFkdGVsbGlnZW50LmNvbS9vdXRzdHJlYW0tdW5pdC8yLjExL291dHN0cmVhbS11bml0Lm1pbi5qcyI+PC9zY3JpcHQ+PC9jZW50ZXI+PC9kaXY+
УКР
УКР

Антон Равицкий: цель проекта «Комик на миллион» — найти юмористическое золото

0 - 0

Антон Равицкий, знакомый многим телезрителям по программе «Утро в большом городе», поделился подробностями о новом проекте собственного производства телеканала ICTV «Комик на миллион».

Каждому — по сцене

Антон, какова главная идея проекта «Комик на миллион»?

— На мой взгляд, она замечательная — найти настоящее «юмористическое золото». То есть человека, который, кроме прекрасного чувства юмора, обладает еще внутренней мощью, смелостью выйти за пределы привычного амплуа и показать себя как гениального комика в различных проявлениях. Это не просто артист, который хорош, например, исключительно в стендапе, а человек, который может быть и классным ко­медийным актером, и импровизировать, и работать в режиме музыкальных номеров…

Из каких этапов состоит проект?

— Все началось с предотборов, когда ответственная комис­сия из ребят, разбирающихся в юморе, ездила по всей стра­не. Они знакомились с претендентами, проводили такой себе предкастинг. Потом найденные самородки, интересные люди с талантом и характером, проходили следующие этапы отбора и отсева. А дальше все стало еще серьезнее — одна восьмая, одна четвертая, полуфинал и финал. В итоге сейчас мы уже знаем, кто же он, тот самый «золотой» комик, но стойко храним тайну, пока зрители сами не узнают это осенью. Победитель получит приз на миллион — квартиру и роль в одном из юмористических проектов канала.

126A9491

Что лично вы понимаете под выражением «комик на миллион»?

— Я вообще восхищаюсь людьми с юмором.

Будь моя воля, я бы каждому участнику дал и квартиру, и сценическую площадку.

Потому что их задача — не просто где-то к месту брякнуть что-то смешное, что может случиться практически с каждым. Нет, эти ребята понимают законы юмора, они умеют создавать шутки, заходя издалека, продумывать для этого целую стратегию. И это по-настоящему восхищает! Ведь рассказать анекдот — это одно, а вот балансировать на тонкой грани смешное/серьезное, выдержать эту золотую середину — это уме­ет только истинный комик на миллион. И это очень круто!

Зрители рассудят

В каких условиях проходили съемки шоу?

— Нас спускали в старую заброшенную соляную шахту, и там мы долгие месяцы прорубали себе путь к выходу, к финалу. (Сме­ется.) Но если без шуток, то действительно было тяжело. Мы полностью ощутили на себе, как добывается эта юмористи­ческая руда. Пот, слезы, отчаяние — все это присутствовало.

Бывало ли, что в душе вы не соглашались с выводами судей?

— Иногда мне казалось — ну смешно же шутит человек! А жюри говорит, мол, нет, это юмор для идиотов. Я хотел спо­рить, но потом подумал, что лучше этого не делать, — выйдет ведь, что подтверждаю выводы жюри. (Улыбается.) Так что я с умным в меру видом просто кивал. Все-таки в этом про­цессе на первом месте находится мнение нашего удивитель­ного жюри. Они обращали много внимания на реакцию зала. Говорили участникам: если твой юмор не радует людей, зна­чит, что-то не получилось.

Ты можешь сколько угодно доказы­вать, что шутка на самом деле прекрасная, а слушатели до нее просто не доросли. Но если публика не смеется — все, клоун не состоялся.

Поэтому ориентироваться на мнение зрителей было верным способом оценивать выступления.

126A9249

Что вас больше всего восхищало в конкурсантах?

— То, что в этом нервном напряжении, в этом выжима­нии интеллектуальных ресурсов из своего организма они все равно находили силы на шутки даже тогда, когда камеры вы­ключались. Мы закончили съемки, участники выложились на 200 процентов — и при этом они переговариваются между собой и веселятся! Как в известном анекдоте, когда женщи­ны десять лет сидели в тюрьме в одной камере, а когда выш­ли — еще полчасика возле ворот поболтали.

В чем заключается основная ошибка новичков в этом жан­ре, как считаете?

— Не могу быть в этом вопросе абсолютно компетент­ным, я все-таки не мастер юмора. Но мне кажется, что, как и в любом процессе, главный промах — попытка не быть со­бой, а придумать какой-то сложный образ, абсолютно тебе не близкий, и пытаться в нем существовать. Вот эта фальшь обязательно собьет тебя с правильного пути и не позволит найти отклик у публики.

Заразился драйвом

В чем состоит основная задача ведущих шоу?

— По большому счету, мы заполняли собой паузы. (Улы­бается.) Не всегда от нас требовалось говорить что-то смеш­ное, не всегда это, в принципе, и получалось. Но пока участ­ники собираются с силами, пока выстраиваются декорации, кто-то же должен выйти на сцену, уговорить публику не те­рять настрой, не отвлекаться и, в конце концов, следить за тем, чтобы не сбежало жюри! Кстати, огромное спасибо нашим членам жюри, которые вполне могли бы сидеть в позе мэтра и просто рассказывать молодым участникам, как надо жить. Но они были настолько легки и прекрасны, общались с пу­бликой, поддерживали, разогревали, настраивали… Напоми­нали зрителям между выступлениями, мол, ребята, поймите, если мы с ними строго разговариваем, это не значит, что вы должны так же сурово на них реагировать.

126A9374

С соведущим Максом Лесничим вы быстро нашли об­щий язык?

— Это был мой первый опыт работы с этим замечательным человеком, мы познакомились на проекте. Мы очень раз­ные, но в какой-то момент смогли прийти к общему знаме­нателю. Мне кажется, иногда мы по-разному воспринимали участников, но нас объединяло то, что мы оба относились к ним с большим расположением и желали, чтобы у них все обязательно получилось. С Максом реально круто работать, его настрой и драйв очень заразителен. Уверен, что зрители ICTV почувствуют это даже через экран.

Чем пришлось пожертвовать ради участия в этом проекте?

— На самом деле ничем, я просто испытывал удовольствие от съемок. И получил возможность познакомиться с очень яркими, интересными людьми, попробовать себя в другом формате.

В чем-то на самом деле было даже легче, потому что ничего особого от меня не требовалось, по сути, рабо­тал я в более расслабленном состоянии, чем в утреннем эфи­ре, когда все внимание сконцентрировано на трех ведущих.

В чем было сложнее? В том, что съемки действительно дли­лись долго. И мой организм, привычный к тому, что в десять вечера ему уже нужно спать, очень сильно возмущался, ког­да в полвторого ночи приходилось удерживаться в вертикаль­ном положении.

126A9413

А как удавалось совмещать работу в программе «Утро в Большом Городе» и в «Комике на миллион»?

— Бывало, что после съемок удавалось отдохнуть всего не­сколько часов — и тут же ехать на утренний эфир. Возмож­но, это даже отражалось на мне внешне — я не пересматри­вал эти выпуски, чтобы не расстраиваться. Но в целом наши продюсеры — люди умные, и старались планировать ситуа­цию так, чтобы все везде успевали.

Антон, вы в жизни такой же, как на сцене и перед телека­мерой, или приходится изображать кого-то другого?

— Мне кажется, я всегда такой, какой есть. Просто иногда руль хватают мои различные сущности. Немножечко здоро­вого раздвоения(-троения, -десятирения) личности никогда ведущему не помешает.

Источник «Телескоп»

22.08.2017 11:57
0 - 0



Топ видео

    Пока нет материалов ...

Смотрите на ICTV

Зарегистрируйтесь

Войти использывая ваши данные

Забыли пароль?

Востановление пароля

Войти через соц. сеть

ВВЕРХ
Вверх